June 24th, 2019

Про ответы Голливуду

Выход “Чернобыля” на экране в очередной раз произвёл массовое подгорание у части граждан. И они начали писать о том, что щас мы вот подпоясаемся, шнурки погладим и — ОТВЕТИМ.

Странны мне разговоры об “российских ответах Голливуду”. Необходимость ответа обуславливает наличие заданного вопроса, на который надо отвечать. А Голливуд никому никаких вопросов не задаёт, он просто существует и зарабатывает деньги. А российский кинопром почему-то всё “отвечает” и “отвечает”. “Ответы”, правда, в прокате пролетают как фанера над городом Парижем.

Ну и с Голливудом, с этой школой, с этими профессионалами соперничать напрямую, КМК, бессмысленно. Главная беда российского кино — с моей точки зрения — это херовый звук. Картинку делать красивой научились, с этим всё нормально. Игра актёров — не небезупречна, но и не отвратительна. А вот звук почему-то делают какие-то откровенные петеушники. Он неестественен, он не совпадает с тем, что происходит на экране, он даже с губами актёров не всегда синхронизирован. Я уж не говорю о таких мелочах, как то, что голос человека, когда он поворачивает голову, должен меняться — не, это недоступно. Актёр на озвучке как фигарил напрямую в микрофон, так и продолжает фигарить. В результате получается какая-то ерунда. Причём, это даже в нормально, вроде, сделанных фильмах такое — я отсмотрел, например, “Экипаж” и “Притяжение” — везде одна и та же фигня: смотреть можно, слушать — нет. А ведь эти фильмы не провалились в прокате, а даже принесли некую прибыль (и никакими “ответами Голливуду”, кстати, не являлись). Что творится в менее раскрученных фильмах — и представить боюсь.

И лично мне так кажется, что государству надо перестать давать деньги российскому кинематографу. Почему-то вот есть такой бздик, что искусство надо поддерживать. А вот не надо его поддерживать. Искусство всегда было делом коммерческим, и артисты (в широком смысле этого слова) всегда зарабатывали искусством деньги. Микелеанджело разрисовывал Сикстинскую Капеллу не из любви к искусству, а потому что ему за работу дали дохера денег; в это время большие деньги были у двух организаций — у монархов и у церкви. Не бывает некоммерческого искусства. Даже если что-то создаётся не ради того, чтобы конкретно заработать денег, то оно создаётся для того, чтобы понравиться кому-то другому (сиречь — прорекламировать создателя). А давание денег государством поощряет не тех, кто может создать ПРОДУКТ, а тех, кто умеет хорошо примазаться к кормушке.

Mirrored from Лабораторный Журнал №6.

И ещё

Ещё у граждан, у которых подгорело, есть забавная реакция на “Чернобыль”. Они сразу начинают вспоминать про то, что “а у вас была Фукусима” или “а у вас был Три Майл Айленд”. Что является идеальным примером “аргумента” в стиле “а как там нащот”, то-есть, сбоя в логике “аргументирующего”, оправдывающего, с его точки зрения, предмет, им защищаемый. Это, очевидно, не аргумент — наличие чего-то плохого у одной стороны не оправдывает наличие плохого у другой.

А вообще, если уж ранжировать происшествия на ядерных электростанциях не по серьёзности конечного урона, а по пофигизму и наплевательству на здравый смысл, то на первое место с большим отрывом, по моему мнению, выйдет история на АЭС Браунс-Ферри, что в штате Алабама (буквально сорок минут езды от меня).

Там два гражданина проверяли наличие утечек воздуха зажжёной свечкой. Утечки они искали в местах, где электрические кабели проходят сквозь стену, а герметичность обеспечивал уплотнитель из вспененной резины. Один из граждан свечкой эту резину зажёг, и начался пожар. Резина, повторюсь, уплотняла место прохождения электрический кабелей, и практически всей электрике на АЭС очень быстро пришёл цугундер. Электричеством запитываются насосы, прокачивающие воду через активную зону реакторов. Насосы очень быстро прекратили работу, и во весь рост встала та же самая проблема, что и на Фукусиме — перспектива перегрева и расплавления активной зоны реактора из-за отсутствия прокачиваемого хладагента. К чести американского обслуживающего персонала, они не растерялись, и буквально “из того, что было” сумели собрать систему охлаждения, заиспользовав резервный насос для конденсата для прокачки воды в активную зону. Для этого, правда, пришлось спустить пар из реактора — насос для конденсата не мог развить необходимое давление. Японцы не смогли вовремя разрешить эту проблему, так что всё кончилось именно что расплавлением активной зоны и уходом её в почву (откуда её теперь хер выковоришь).

Дураков в данной истории двое — те, кто зажгли уплотнитель, и те, кто разрешили использовать в качестве уплотнителя горючий материал. Слава Плутону, уроки были выучены, и вместо резины стали использовать негорючий материал на основе силикона.

Mirrored from Лабораторный Журнал №6.