Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

юмор

Начнём новый год правильно (многабукв)

Ну, жахнем!

Я тут немного рассказывал, что борюсь с небольшой депрессией, которая у меня частенько наступает примерно в ноябре. Частично это САР, частично это то, что у меня есть хронические боли в спине. А в нашем мозгу депрессия и хроническая боль неразрывно связаны. Есть одно — скорее всего будет или появится другое.

Соответсвенно, леча одно, заодно часто можно лечить другое. Когда принимаешь опиоиды от боли, настроение, безусловно, повышается. Но в борьбе с депрессией это субоптимальная стратегия. Депрессию обычно лечат препаратами СИОЗС/СИОЗН (SSRI/SNRI).

Я попробовал три подобных препарата, и все они делали одно и то же — резко становилось хуже. Каждый из них вызывал жуткое беспокойство и тревогу, как если бы я жахнул подряд три кофейника крепкого кофе. Никакого сна, разумеется. Кроме того, чтобы антидепрессанты начали действовать, надо недели две или даже три. И чего, терпеть такое состояние на протяжении недель? Не, ну нахер.

Вот так и получается, что всё, что остаётся — это мир наркотиков. Большинство людей в такой ситуации глушат водяру, вискарь или заливают пузо пивом. Я убеждён, что огромное количество людей, которых мы считаем алкоголиками или наркоманами, на самом деле ими не являются. Они занимаются самолечением.

Для ясности: я не призываю никого употреблять наркотики. Наркотики, в том числе и алкоголь и табак — это плохо. Я начал не по своей воле. Когда, знаете, с утра самому невозможно одеться — так как согнуться вообще нельзя, это меняет и твою жизнь, и твоё сознание, и твою личность, и отношение к употреблению некоторых не очень хороших веществ.

Но слава Асклепию, Управление по контролю за продуктами и лекарствами одобрило применение производных кетамина для лечения депрессий с медикаментозной устойчивостью меньше, чем два года назад.

Кетамин относится к группе диссоциативов, в больших дозах — галлюциноген. Это доза очень небольшая, так что до многих эффектов, которые ощущают люди, употребляющие большие количества, я не дошёл.

Ну, а теперь — так сказать, трип-репорт.

Кетамин сильно жжёт слизистую. Это было первым впечатлением.
Дальше у меня онемел язык и губы.
Потом несколько минут как бы не происходило ничего, но потом я почуствовал расслабленность и некоторую оторванность сознания от тела. В больших дозах эта оторванность более выражена, и многие находят это ощущение очень духовным. Верующие общаются с богами и т.д. Ничего такого я не чувствовал. Моторные функции нарушены, это да (похоже на алкогольное опьянение). Речь почти не страдает.
Ну, а далее наступило, собственно, то состояние, ради которого я и употреблял кетамин — ощущение головокружительного счастья. Ты наслаждаешься абсолютно всем — музыка, кино вдруг становятся чрезвыйчайно интересными. Хочется смеяться по любому поводу. Так, я минут пять хихикал над словом “сосиски”. Ведь, как следует из названия, их надо СОСАТЬ, а люди их почему-то ЕДЯТ. Ну и тому подобная бредятина. Смысл-то не в этом. Смысл тут ровно такой же, как при приёме антидепрессантов — мозгу надо показать картинку, ощущение счастья, чтобы он знал, что это такое. Просто классические антидепрессанты работают спустя две недели, а тут — 15 минут. Мозг в таком состоянии может перестроиться, создать новые связи, и начать функционировать по-другому, чтобы не возвращаться в депрессивное состояние.

Теперь о побочке. Лично я заметил один нехороший эффект — резкое повышение кровяного давления. У меня вдруг зашумело в ушах, начала болеть голова. Померял давление — ага, 147/102. Но на этот случай у меня есть запас клофелина. Одна таблетка заборола всю побочку. Клофелин действует очень быстро. Skills in pills, блин.

Ещё есть эффект от длительного употребления кетамина — это, выражаясь по-умному, снижение когнитивных способностей, а по-простому — дуреешь от него. Но от алкоголя, которые в подобной ситуации употребляет большинство, происходит то же самое. На следующий день я никаких изменений не заметил. Никакого похмелья, ощущения затуманенности, не было ничего.

Будем смотреть, как будет дальше. Пишут, что привыкание к кетамину происходит очень быстро. Не в плане формирования зависимости, а просто предыдущая доза перестаёт работать, и надо её повышать. Дозу я повышать не буду. Это не мой вид спорта, я прекрасно представляю, чем это может кончиться. Третьего дня мне сделали укол в спину, так что я пока чувствую себя настолько хорошо, что даже прекратил приём болеутоляющих опиоидов — тупо не нужно. И это замечательно.

Mirrored from Лабораторный Журнал №6

юмор

Астронавтка

НАСА сформировала команду астронавтов для будущей миссии “Артемида” на Луну из 18 человек. Среди них будут мужчина и женщина, которые ступят на поверхность нашего спутника.

Кто как, а я буду болеть за Кристину Кох (Christina Koch). Она установила рекорд по пребыванию женщины в космосе (328 дней 13 часов 58 минут), будучи на МКС в роли бортинженера. У неё, всё же, степень магистра по электротехнике, не хухры-мухры. Умная, целеустремлённая женщина.

Но люблю я её не только за это. А за то, что она вполне могла бы быть сестрой-двойняшкой моей дражайшей супруги, настолько они похожи.

Супруга, правда, повыше будет. Сложно судить, какого точно роста Кристина, но на групповом фото 21-го отряда астронавтов она ростом ниже Джессики Меир, и заметно ниже мужчин-астронавтов. А супруга, всё же, 180cm, повыше некоторых мужчин будет.

Ну, за Кристину!

Mirrored from Лабораторный Журнал №6

О христианском воспитании

В моём доме раньше жили какие-то шибко верующие граждане. Мужик был каким-то там не то пастором, не то воскресным проповедником, не знаю точно. У них было не то двое, не то трое детей, которых они “воспитывали в христианском духе”. В подвале на фальшпотолке пастор вытащил одну из панелей, обоссал её по краям чем-то жёлтым и написал, что, мол, надо быть храбрым и сильным, и следовать за каким-то мексиканцем по имени Хесус.

Ага. В фальшпотолке я, для начала, нашёл десятка два пустых пивных банок.

Дальше — больше. Проводил небольшие земляные работы и наткнулся на целый похороненный СКЛАД пустых бутылок. Здесь где-то одна четверть того, что я обнаружил.

Я до сих пор нет-нет, а натыкаюсь на пустые банки и бутылки из-под разного рода брыкаловки. Также нашёл несколько пустых упаковок из-под каких-то таблеток, продающихся по рецепту. Этикетка уже полуистлела, так что определить, какие колёса они тут глотали, не получилось. Но предположительно, либо обезболивающее, либо что-нибудь с декстрометорфаном или алпразоламом (или чо у нас там ещё есть). Детишки, значит, ещё и дурью баловались, молодцы.

Вот так вот ведут себя дети, “воспитанные в христианском духе”.

Всё это воспитание “в каком-то духе” — чушь собачья. Хочешь ты, не хочешь, а дети всё равно будут отражением тебя. Детей поэтому воспитывать бесполезно. Воспитывать надо себя, так как дети воспринимают только личный пример, которым они уже и будут воспитываться. Если ты мудак — дети у тебя тоже будут мудаками. И неважно, какой ты при этом мудак, мусульманский, христианский, или вообще неверующий. А развешивание по углам разных картинок и обоссанных фальшпанелей (сука, упаковка таких сорок долларов стоит, а по одной не продают) — это бредятина, к воспитанию детей отношения не имеющая.

Mirrored from Лабораторный Журнал №6.

Про наркотики

Снова сделал укол в спину, который хорошо помогает с болью. Для чего заранее пришлось прекратить приём болеутоляющих, опиоидных наркотиков (уж будем называть лопату лопатой). Повезло мне всё же, с конституцией — у меня нет привыкания как у наркоманов, когда гражданин готов пойти на всё, лишь бы снова вжариться. Опиоиды не воздействуют на мозг непосредственно — они просто сильно подстёгивают синтез телом дофамина, который уже вызывает эйфорию. Тебе всё по кайфу — прёт делать даже самую дурацкую и неинтересную работу, типа мусор выносить. Ну и заодно болевые рецепторы заглушаются (и заодно у некоторых сильно замедляется перистальтика кишечника — тоже не мой случай). Когда приём наркоты завершаешь, уровни дофамина возвращаются даже на несколько более низкий уровень, чем раньше — у кого-то начинается дикая ломка, со всеми вытекающими. Ну, а мне пофигу — завершил приём и завершил. Первый день, конечно, мне чутка погрустнело, но уже на следующий стало нормально. А некоторым кабздец приходит.

Конечно, через месяц-другой я снова вернусь на приём наркоты, никуда не денусь, так как действие укола длится не вечно. Но покамест вот так, живу без дури в организме, буду продолжать пока будет работать укол.

Хорошо, что у медицинских болеутоляющих наркотиков, если соблюдать дозу, практически нет последствий. Ключевое — если соблюдать дозу. Но у многих не получается, а заранее сказать, повезло тебе с устройством головы или нет, никто не может, так что если есть возможность, лучше не начинать. У меня возможности не начинать тупо не было.

Mirrored from Лабораторный Журнал №6.

Про порезанный нос

Несколько месяцев назад мне делали операцию по выправлению носовой перегородки и уменьшению носовых пазух. Потом это долго заживало, и наконец, зажило.

В целом, улучшения, конечно, есть, но какие-то не сказать, что значительные. На ночь я как закапывал нос сосудосужающими препаратами, так и продолжаю закапывать. Иначе дышать носом ночью невозможно, какие-то кошмары начинают сниться, будто меня душат. Хотя дозу лекарства я смог серьёзно уменьшить, надежда-то у меня была на то, что мне вообще никаких лекарств не будет надо, а реальность вышла не такая радужная.

В-общем, недоволен я. Получились какие-то “крайние полумеры” — полновесная операция со всеми вытекающими проблемами, а выхлоп маленький.

Mirrored from Лабораторный Журнал №6.

Есть жизнь после карантина

Местные школы таки открываются первого июня.

Я очень люблю своих детей, но японский бог….

И это мы ещё в деревне живём, на земле — где детям есть, куда пойти и есть, чем заняться. Как родители с детьми выживают в крошечных каменных мешках в городах — решительно непонятно. Я бы точно рехнулся.

Mirrored from Лабораторный Журнал №6.

Путешествия во времени

Путешествовать во времени вперёд это в-общем, уже хорошо известно, что можно. Нашёл себе чёрную дыру помассивней, покрутился вокруг неё (только осторожно, чтобы не засосало), и летишь себе домой, а дома уже 1000 лет прошло.

А вот по поводу путешествий назад современная физика ничего сказать не может — нет принципиальных ни подтверждений возможности, ни убедительных доводов против.

Но зато можно вокруг себя построить мир, в котором всегда, например, 1911 год. Правда, чем дальше назад в прошлое хочется отъехать, тем это дороже. Это одна из причин, почему снимать вестерны это довольно дорогое удовольствие.

Вот граждане живут в Викторианской Англии:

Гражданин из 1946 года:

Дама из 1958 года:

А вообще если вот так вот выбирать эпоху, в которой было бы интересно жить, я бы выбрал 1960е. Это было очень интересное время, когда было создано практически всё, чем мы теперь пользуемся. А некоторое вещи сейчас повторить мы тупо не можем (см. полёт на Луну). Прямо какие-то осколки великих цивилизаций. И вместе с тем это было очень беспокойное время, когда мир реально находился на грани термоядерной войны.

Mirrored from Лабораторный Журнал №6.

И о старческой деменции и прочем Альцгеймере

Интереснейшая статья. Вкратце — уже давно известно, что би- и полилингвы успешнее сопротивляются старческой деменции из-за того, что владением двумя и более языками меняет мозги. Однако выяснилось, что если уж дедушка Альцгеймер в гости зашёл, то до полного падения в бездны болезни у билингвов проходит значительно меньше времени. То-есть, если у монолингва нашли начальную стадию Альцгеймера, то у него есть немного менее трёх лет до полного кабздеца. Полная деградация билингвов происходит меньше, чем за два года.

Хрен его знает, если честно, как лучше. Может быть, и действительно лучше так, чтобы быстрее.

Вообще, несправедливая ситуация у нас вырисовывается. Продолжительность жизни растёт, так как обычные болезни тела мы сейчас успешнее лечим. А вот с лечением болезней мозга до сих пор глухой затык. Так что перспектива у нас — иметь огромное количество стариков, бодрых и здоровых и… абсолютно безумных. А ведь их кормить надо, ухаживать за ними — тоже ведь люди, несмотря ни на что.

Mirrored from Лабораторный Журнал №6.

Дурак

Следователи выпустили предварительный рапорт о причинах авиакатастрофы, в которой разбился мой знакомый вместе дочерью. Вердикт прост и туп — закончилось топливо. Т.е. мой знакомый просто забил болт на проведение полной предстартовой проверки. На этом самолёте два топливных бака, он в один бак заглянул, там вроде булькало. Только там ещё переключатель есть — из какого бака брать топливо (прям как у меня на Мамонте), и он стоял в положении на использование бака в котором нихера не было. Ну, а когда двигатель начал чихать, он этот переключатель попытался поставить в нужное положение, но было уже поздно — он потерял скорость, загнал самолёт в плоский штопор и грохнулся.

Практически все проблемы примитивных двигателей внутреннего сгорания (косилки, самолёты, бензопилы, и т.д.) сводятся к проблемам с топливом. Там нет впрыска, там нет электронного распределения зажигания, там просто нечему другому ломаться. И тут наложились две ошибки — манкирование предстартовой подготовкой плюс ошибка лётчика — он задрал нос самолёту пока искал этот топливный переключатель и угодил в штопор, а надо было сразу садиться, хоть в чистом поле. Скорее всего, остался бы жив. Ох, дурак…

Mirrored from Лабораторный Журнал №6.

Охренеть год начался

Отец и дочь погибли в авиакатастрофе небольшого частного самолёта. Отца звали Тайлер Уокер. Это тот самый Тайлер, с которым мы охотничьий лабаз строили. Не скажу, что мы были прям близкими друзьями, но всё же. Семью жалко — дети остались без отца, бизнес без владельца, дочь погибла.

Вот несправедливо, всё же, что для того, чтобы сделать что-то хорошее, чего-то добиться — надо долго и упорно работать, а чтобы всё пошло папезде — достаточно нескольких секунд.

Причины катастрофы пока неясны, но судя по всему, отказ двигателя сразу после взлёта. Очень хреновая поломка — нет ни высоты, ни скорости. Если тебя зовут Салленбергер, может, ты и посадишь самолёт хоть на речку. Но чаще случается как в Париже с Конкордом, хлобысь и всё.

Mirrored from Лабораторный Журнал №6.